ВЕСНА в Агаевке стояла шумная. Скворцы деловито переговаривались, петухи кричали, ночью щелкали соловьи, и молодежь, понятное дело, до утра горланила песни возле дома самой красивой девки - черноглазой Ульяны. Ветеринар Денис о многом размышлял в ту весну. А главное - решил он жениться. Может, думал, и ему сходить на тусовку к Ульяне? Нет, поди, оберешься разных пересуд. А как потом от напраслин избавиться? Хорошо бы где-нибудь ненароком Ульяну встретить да сердечно поговорить. Вот была бы жена - загляденье. И надо бы с этим делом не мешкать - поставил перед собой задачу Денис.

Но тут в Агаевку приехал на побывку молодой моряк Захар. И усы у него пышные, и грудь, как водится, в медалях, а ленты и руки - в якорях. Девки вокруг него роем. А он, шустер шельма, тут же стал ухлестывать за Ульяной. На гармошке играет, про очи черные поет. Мол, сгубили вы меня и так далее. Ей бы, дурехе, понимать пора, что этому соловью нельзя доверяться. И вообще семейный оплот в Агаевке никогда с морем-океаном не связывали.

Забеспокоившись, попробовал Денис по душам потолковать с Захаром. Но тот лишь кулак показал. Да еще словечко такое добавил гуляка-моряк: "Амба". Ладно бы по-нашему, по-сухопутному сказал: кончай, мол, базар. Так нет же, повыпендриваться хочет, якоря. "Да гори все синим огнем в большом костре, - с каменным безразличием вдруг подумал Денис. - И на что мне черноглазая? Найду-ка я себе с голубыми глазами". И стало ему спокойно на душе, словно не весна на улице, а глубокая осень.

В этом тексте плавают одиннадцать разных рыб.