В начале ноября судьей Калининградского областного суда Людмилой Долговой был вынесен приговор двоим участникам банды "морских котиков" - Алексею Спильнику и Павлу Борисенко. Вероятней всего, подсудимые попытаются его обжаловать, но приговоры, постановленные судьями областного суда, Верховным судом Российской Федерации не отменялись уже более 1,5 лет. Насколько высок профессионализм калининградских судей в данном случае, покажет время.

Игры на крови

Собкович и Спильник просто "играли" в войну. Характеристики, данные командиром специального воинского подразделения "Парус", где они служили, самые положительные.

Организовать банду, орудующую на территории небольшой области почти два года, не достигнув высот в тактике и стратегии ведения боя, было невозможно. Также вероятность столь длительного ее существования исключалась при отсутствии конкретной цели и спонтанности преступлений. Следствием было установлено, что большинство преступлений совершалось с целью пополнения арсенала.

Здесь как нельзя лучше пригодились навыки военной службы. Указанные во время следствия тайники найти было чрезвычайно сложно, а спрятанное оружие было в полной боеготовности. Бандиты и планомерно шли к достижению своих целей - по словам обвиняемых, "программа" на ближайшее будущее включала нападение на инкассаторскую машину или подобное преступление с целью завладения крупной суммой денег.

Последний «герой»

Появление в банде Борисенко было обдумано и взвешенно, впрочем, как и все остальное. Собкович и Спильник планировали расширение состава банды. Они были практически уверены, что Борисенко им "не откажет".

Когда-то все трое работали охранниками в одном из магазинов. Спильник и Собкович прекрасно знали, что Борисенко - заместитель командира разведроты, служил в войсках ВДВ. К тому же, приехав из Камышина, где проходил срочную службу, в отпуск, Борисенко нуждался в деньгах - именно такого подельника друзья и искали.

На следствии Борисенко настаивал на версии, что совершить преступление его заставили. Но это было нелогично - после серии "идеальных" преступлений Собковичу и Спильнику не было смысла брать кого-то "на дело" насильно. Зачем им был нужен человек, который в любой момент мог скрыться или "заложить"?

Свою непричастность и угрозу расправы со стороны "котиков", о которых говорил Борисенко, доказательная база опровергла. Родня Борисенко, убийством которой ему якобы угрожали, на тот момент жила в Узбекистане.

Учитывая осторожность и подготовку друзей, понятно, что тащить Борисенко силком они не собирались. Здесь каждый выполнял свою функцию, и каждый соответственно роли получил "гонорар". 2800$, якобы одолженные Борисенко, были "оплатой" за его участия в преступлении.

Нужно отдать "должное" Спильнику: понимая, что терять ему нечего, он до последнего выгораживал Борисенко, утверждая, что они его действительно "принудили", а деньги дали в долг.

«Психушка» строгого режима

Безнаказанным пока остался Собкович, самый "деятельный" участник банды. Причиной тому стало его психическое состояние.

Дело Собковича выделили в отдельное производство. Присутствовавший только на первом судебном заседании, забившись в угол "клетки", Собкович сидел тихо, вид имел жалкий и нездоровый. Признаки психических "отклонений" проявлялись в камере - сидя на стуле, подсудимый изображал езду на тракторе, поедал собственные фекалии.

Вердикт вынесли медики из Калининграда и института Сербского в Москве. Причем состав экспертов не позволяет усомниться в диагнозе.

Еще ребенком Артем Собкович пережил серьезную психологическую травму - на его глазах повесилась мать. Возможно, этот факт сказался спустя годы. Слухи о том, что посредством болезни Собкович уходит от наказания, беспочвенны.

Вопрос о привлечении его к уголовной ответственности будет поставлен сразу после решения вопроса о его вменяемости. Пока же он содержится в психиатрической больнице с интенсивным наблюдением, расположенной в Черняховске. Система охраны там не отличается от колонии строгого режима, пока оттуда никто не сбегал.

Виноват отсутствующий

Отсутствие Собковича на процессе помогло Спильнику и Борисенко. После известия о болезни "соратника" на него "навьючивали" все больше "подвигов". Спильник пытался "обелить" и себя, говоря о том, что Собкович решил устроить "войнушку". Заявлял, что Собкович был "заводилой", что преступления их были спонтанными, а он, Спильник, просто "страховал" друга. В итоге следствие исключило версию о том, что бандой руководил Спильник.

Однако с начала процесса поведение Спильника было вызывающим. Он постоянно пререкался с родственниками потерпевших, задавал им нелепые, издевательские вопросы, отвечал в таком же тоне. Вместо раскаяния была бравада - улыбки, позирование перед камерами.

Если в последнем слове подсудимых из уст Борисенко прозвучали слова раскаяния, то Спильник лишь "успокоил" присутствующих тем, что свободы ему уже не видать, мол, не тревожьтесь.