Книгу Вадима Александрова про икону калининградской клубной жизни («Вагонка: история легендарного клуба 1977-2008») мало кто читал, но все о ней знают. «Дворник» расспросил автора и про его литературное произведение, и про сам предмет «исследования».

- «Вагонка» - это же дом культуры?
- В принципе, да, это так и осталось. Люди даже про завод говорили: «Где работаешь? На Вагонке».
- Клуб возник по инициативе снизу?
- Нет, это было, скорее, встречное движение. Он возник и с разрешения властей. В 1977 году вышел приказ по ДК Вагонзавода о создании диско-клуба «Ритм». И только в 1993 году дискотеку отдали в аренду коммерческой фирме.
- Почему власти решили открыть «Ритм»: из идейных соображений или чтобы заработать деньги?
- В 1977 году не могло быть идеи заработать деньги! Была установка: развлекая, просвещать. Это всё была комсомольская идеологическая работа. Первые диджеи должны были делать творческие программы со слайдами, музыкой советских композиторов.
- И как же на «Вагонку» проникло буржуазное влияние? С джинсами и прочим.
- Работники проносили его в мозгах. А джинсы были легализованы в СССР. Хотя, я помню, в 1983 году старались спарывать американские флаги с них.
- А сейчас «Вагонка» изжила себя?
- Не факт. На презентации книги люди на стойках баров танцевали.
- Но они постарели уже, чтобы танцевать.
- Люди? Некоторые постарели. Но всегда была политика - завлечь новых людей на «Вагонку». Главная ставка - на студентов. Ведь было как: после 1993 года «Вагонка» попала в цепкие лапы Лёвы (Андрей Левченко. - Прим. «Дворника»). Они друг друга нашли. Он был тоже студентом, тусовался на «Вагонке», потом устроился диджеем. Он всё правильно делает и по сей день. Сейчас ему нужно, может быть, только поддерживать ровный огонь пламени. Все революции «Вагонка» уже пережила.
- Если нет новаций, то дискотека умрёт сама по себе?
- Нет, будет ровная работа. Есть очень чёткая идея - в здании планируется что-то типа культурной фабрики. Будет не только ночной клуб, но и студия звукозаписи, мастерские художников, танцклассы, кройка и шитьё.
- «Вагонка», в самом деле, старейший клуб России?
- Абсолютно точно. Ни в какой Москве нет клуба старше. Есть, например, документ: трудовая книжка Славы Яворского, ему первому в стране вписали профессию «диск-жокей». Деньги он, разумеется, получал за какую-то другую специальность, но на такой записи в трудовую книжку он настоял.
Тогда даже приезжал Сергей Минаев, он был комсорг, организатор культурно-просветительской работы при московской фабрике «Ява-Дукат». Минаев опыт перенимал на «Вагонке».
В Прибалтике дискотеки появились раньше - это факт. Но если говорить про Россию, то «Вагонка» была первой.
- Был целый список запрещённых исполнителей и произведений. Их как крутили?
- Ну, как... Ставили AC/DC, а объявляли Аллу Пугачёву. Когда приходили инструкторы, тогда все палились. Я вот сам работал диджеем в 1986 году, у меня была инструкция: чего можно, чего нельзя. Сколько-то процентов репертуара должны были быть советские композиторы...
- И ставили композиторов?
- Если приходил инструктор комсомола, ставили там Добрынина или Антонова. В книге всё подробно расписано. Всё было очень жизненно. Когда набивался народ...
- Ты сказал «напивался»?
- ...нет, набивался, ну, может, и напивался потом. Вначале проходила получасовая программа, посвящённая там чему надо, а потом врубали музон. Объявляли: «Дип Папл» (Deep Purple), группа, обличающая загнивающий строй Запада в песне «Дым над водой» (Smoke on the water), мол, у них там всё горит на Западе.
- У «Вагонки» никогда не было серьёзных проблем?
- В том-то и круть, что никогда никто не приходил и не открывал казино. Там ходили, правда, и бандиты какие-то вокруг. Но без проблем. Были серьёзные ребята, которые смотрели и говорили: ничего себе, они там такие бабки заколачивают. Потом они открыли у себя тоже дискотеку, где-то в году 1996-м. Да, было ровное развитие, за исключением того, что Персица посадили в колонию, Малиновского закрыли на три месяца... Персиц поставил коммерцию в 80-е годы как надо. Создал ажиотаж. Про них в книге почитай.
- А какой тираж книги?
- 1000 экземпляров. Ну, кому это интересно? За все 30 лет активных посетителей, которые яркие представители, наверное, полторы-две тысячи. Раритетное издание, в общем.
- Всегда хотел узнать, что в этой высокой башне у «Вагонки»?
- Была колокольня, а сейчас ничего. Закрыта башня. Это же немецкая церковь была. Зданию ещё ста лет нет, оно 1937 года постройки. Его облепили в 1988 году плитками из гипса, когда был первый кооперативный ремонт, он так и остался. Я в этом участвовал даже – было круто тогда всё облеплять этими плитками.
- При слове «Вагонка» все вспоминают Левченко.
- Правильно вспоминают. Но формат заведения всё равно будет держаться. Есть кому держать. Вот ты заходишь в какое-то заведение, и для тебя персонализация этого заведения происходит через охранника, который должен внушать тебе ужас, чтобы ты там, не дай Бог, ничего не натворил.
«Вагонка» - очень персональное место, там много личностей, значимых людей. Заходишь, раньше там был Антон на входе. В верхнем баре – Хохол, в нижнем баре – Джоджо, в холле – Сергей Смирнов. На дискотеке Саныч играет. Дядя Саша, участковый, который вёл с хулиганами душеспасительные беседы. Эти яркие персонажи олицетворяют собой «Вагонку».
- Ты стареешь, они стареют. А потом что?
- Я уверен, клуб веками может стоять. Хотя в этой стране не знаешь, что завтра будет...
- Какие были отношения с властями?
- Как это «какие»? Они создали «Вагонку», потом, конечно, были разные попытки повлиять... А сейчас у власти люди, которые ходили в эту «Вагонку» в молодости, и так далее. И сейчас ходят.
- Туда ехать надо, а не ходить. «Вагонка» на отшибе, таксисты на этом хорошо зарабатывают.
- Целая «мафия» таксистов. Там люди на одном месте по 10-15 лет. Я знал одного водителя – он арии поёт. Везёт тебя домой и поёт арию Мистера Икс, а ты подпеваешь. Не знаю, есть ли он сейчас. То, что далеко, так бешеной собаке семь вёрст не крюк. В советское время дискотека всё равно была с 8 до 11. Все потом грузились на трамвай или пешком шли.
- Кто самый известный в мировом масштабе выступал в «Вагонке»?
- The White Stripes.
- А кто из гостей был самым известным?
- Может, и Путин был, когда за будущей женой ухаживал. Но этого никто не помнит и не видел.
- А что за логотип у «Вагонки»? Какая-то шестерёнка?
- Это я сделал. Хотел создать что-то типа паровоза, вид спереди.
- Сейчас модно делать ребрендинг. Может быть, пора менять «Вагонку»?
- Зачем? Не ко мне вопрос, но я против. Там был в нижнем баре такой коряво разрисованный ночной город, светящейся краской, этакая сказка для людей, которые не были за границей, об этой загранице. Потом его убрали. А эту вещь надо было сохранять, реставрировать. Это через 10 лет было бы уже произведением искусства.
- Хорошо, ты написал книгу, но на «Вагонке» ты уже давно не работаешь?
- Ну и что?! Я не в штате, но я сотрудничаю плотно. Я эту идею как-то высказал, и она прошла. Полгода получал деньги, а книги всё ещё не было. Это лучшая мотивация для русского человека – получить аванс, пропить его и устыдиться. Сработало.
- «Вагонка» к какой национальной культуре относится?
- Это к чему вопрос? Это дискотека, the club. И всё. Со всеми аспектами культуры.
- И всё же?
- Калининградская.
Интервью:
Алексей ШАБУНИН