Самое страшное позади?

По словам официальных лиц области, в нашем здравоохранении грядут радостные перемены. Будет строиться кардиоцентр, улучшится ситуация с лекарствами. За этими разговорами, похоже, забыты проблемы обычных больных сахарным диабетом

В редакцию позвонила Тамара Григорьевна, соседка Ольги Владимировны Лидак, больной сахарным диабетом. Тамара Григорьевна к этому моменту уже несколько дней билась в закрытую дверь системы здравоохранения. Положенный ей бесплатный инсулин не давали. По сути, министерство здравоохранения предоставило этой женщине и многим другим возможность просто молча умирать от отсутствия необходимого лекарства. Один из корреспондентов «Дворника» как раз в этот момент был в областной думе. И только после его обращения к заместителю председателя думы, бывшему главврачу областной больницы Константину Полякову, удалось сдвинуть решение проблемы, хотя бы только для этого человека, с мёртвой точки. Поляков сначала раздраженно спросил: «А почему вы обращаетесь с этим ко мне, а не в правительство области?» Но потом все же сделал несколько необходимых звонков. Минут через десять он знал о пациентке практически все. И, выдав корреспонденту телефоны двух главных эндокринологов (городского и областного), отпустил с миром.

Рассказывает Тамара Григорьевна:

- У Ольги Владимировны пять дней не было инсулина. А сахар в крови поднялся очень высоко. Когда я в первый день вечером позвонила в аптеку, где ей раньше всегда выдавали инсулин, мне сказали, что он есть. Утром я за ним приехала, но мне его не дали, а предложили позвонить по номеру 56-52-83. По этому телефону ответили, что лимит на инсулин по городу исчерпан, и пока министерство здравоохранения области не даст письменного постановления на дополнительную поставку, никто за льготников платить из своего кармана не будет.

Я вернулась ни с чем и стала обзванивать все возможные инстанции. Первым делом позвонила на горячую линию губернатора. Там мне дали телефон Ирины Николаевны Дыхановой из минздрава. Она всё выслушала, пообещала решить проблему и перезвонить. Мы ждали весь день. Не дождались. Ольга Владимировна говорила всё с большим трудом. Практически уже не вставала. На следующий день я стала звонить в редакции газет. И вот в вашу тоже. Когда мне дали телефоны врачей, я сначала позвонила Крушинину – областному эндокринологу. Оказалось, что он в отпуске, и врач, снявшая трубку, пожаловалась, что очень много диабетиков звонят и приходят и что всех приходится отправлять, потому что инсулина нет. А главный эндокринолог области – Галина Ивановна Атрахемович - выслушала и сказала, что мне перезвонят из аптеки из Гурьевска. Я уж подумала, что снова обманут. И бедная Ольга Владимировна стала меня успокаивать и отговаривать суетиться. Стала говорить, что она всё равно уже своё отжила и нет смысла столько сил тратить, чтобы продолжать. Но, правда, вскоре раздался звонок, и мне сообщили, что я могу приехать и получить лекарство для Ольги Владимировны. Слава богу, самое страшное для нас позади. И она потихоньку приходит в себя. Но я так и не пойму – что у нас происходит. Ведь недаром говорят – о стране можно судить по тому, как в ней живётся старикам и детям. Так что по этому признаку можно сказать об этой стране?

На горячей линии губернатора нам ответили, что вопрос вот-вот решится. Пожаловались, что их «постоянно терзают звонками на эту тему». Причем звонят как пациенты, так и врачи. Интересно, как могла бы прокомментировать ситуацию Елена Клюйкова, министр здравоохранения области? В области планируют строить кардиоцентр за несколько миллиардов рублей, а элементарных лекарств нет. Как это сочетается? Одни должны умирать, а другие лечиться по новейшим технологиям?

Анастасия СОКОЛОВА